Международная Академия Хороших Хозяев

Помогаем ИМ правильно жить

Наши партнеры

 

 

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

При чем тут лингвистика?

ПРИ ЧЕМ ТУТ ЛИНГВИСТИКА?

или
Совершенно правдивая автобиография Н.Д.Криволапчук

Наверное, начать надо с самого начала. Правда, как я родилась, я все равно не помню. Зато хорошо помню, что уже года в четыре на обычный вопрос взрослых "Кем ты хочешь быть?" я отвечала: "Ветеринарным врачом или дрессировщиком".

Но жизнь и родители вынудили меня учиться другим вещам. Впрочем, Жизнь-то, должно быть, уже тогда знала, чем что обернется. А родители – вряд ли.

Словом, в 1968 году я, закончив с серебряной медалью английскую школу, поступила на филфак ЛГУ им.А.А.Жданова. Специальность была самая современная – "Структурная и прикладная лингвистика", в просторечии именуемая математической лингвистикой. Теперь, если кому интересно, это кафедра теоретической и экспериментальной лингвистики. И это не имеет почти ничего общего с филологией. В других университетах страны такие кафедры существуют при математических факультетах.

Бог мой, знала ли я, что мне грозит?! Я не люблю математику ни в каком виде, а тут… Четыре семестра математического анализа, высшая алгебра, теория вероятностей, матлогика, теория множеств и много чего еще. Это больше половины программы тогдашнего матмеха (факультет прикладной математики был образован позже).

Вторая половина университетского курса была мне как-то ближе. Языкознание в разных вариантах, много сопутствующих дисциплин вроде стиховедения и экспериментальной фонетики, шесть языков разных языковых систем. Конечно, латынь и арабский я благополучно забыла, но на трех языках свободно говорю до сих пор, а читать приходилось еще на пяти-шести. Это уже трудно считать – где итальянский, там рядом и испанский, португальский и иже с ними.

Выпустилась я из университета в 1972 году, совершенно неожиданно для себя самой получив диплом с отличием и рекомендацию к публикации дипломной работы в качестве научного труда.

После университета я на двадцать лет связала свою жизнь с компьютерами… простите, тогда они назывались электронно-вычислительными машинами. Начинала я с программирования на ЭВМ "Минск-32" (не пытайтесь вспомнить, это было еще при динозаврах). Потом моя работа состояла в анализе перспективных средств организации информации и компьютерных языков – это была экспертиза научно-исследовательских работ 24х организаций Министерства Приборостроения. Я отслеживала первые шаги теории искусственного интеллекта, в частности, по трудам европейской организации ESPRIT. Это была самая перспективная область, посвященная моделированию умственной деятельности человека с применением тех самых методов, которым меня учили еще в университете. В конце 80х годов я написала кандидатскую диссертацию на тему "Автоматизация проектирования языков конечного пользования", предзащиту прошла "на ура"… и за две недели до защиты просто исчезла из поля зрения аспирантуры и научного руководителя.

А в конце 80х годов в мою жизнь наконец-то вошли Собаки! Я стала работать в кинологическом клубе, закончила там двухлетние кинологические курсы, училась дрессировке, руководила породой, организовывала выставки, вела бесконечные разговоры о собаках и их проблемах… И чем больше я читала, слышала, узнавала, тем больше вопросов у меня возникало.

Пришлось взяться за труды по зоопсихологии. Пять лет я провела за письменным столом с научной литературой. И тогда я узнала главную тайну, которая меня просто потрясла!

Зоопсихология того времени психологией не являлась по определению. Она никаким образом не изучала психику!

Еще в 1894 году в этой науке восторжествовало так называемое "правило Моргана", согласно которому "не следует привлекать для объяснения поведения животных более сложных понятий, чем это необходимо". А раз психическая деятельность (опять же, по определению) не наблюдается, то ее и изучать невозможно!

В середине ХХ века зоопсихология была представлена двумя крупными научными направлениями, сурово конфликтовавшими друг с другом.

ЭТОЛОГИЯ (ее отец – знаменитый Конрад Лоренц) изучала поведение каждого из видов животных в дикой природе. Их целью было выявление эволюционного родства между видами не по строению тела, а по поведению. Животные в контакте с человеком этологию не интересовали никогда… ну, разве что на уровне личных записок Лоренца о своих собаках. Этология цвела и до сих пор цветет пышным цветом в Европе.

Честно говоря, я до сих пор удивляюсь, как этологи, прекрасно изучившие жизненно важные потребности зверей под названием "видосохраняющих функций", не додумались до того, что именно эти потребности определяют реальное поведение, становясь МОТИВАЦИЯМИ!

БИХЕВИОРИЗМ (у нас больше других представителей бихевиоризма известна Карен Прайор) занимался тем, как приобретается и используется при формировании поведения индивидуальный жизненный опыт. Бихевиористам не было дела до биологического смысла поведения, им важно было сформировать нужное поведение для конкретной ситуации (например, номера для шоу в океанариуме). Естественное приспособление животных к реалиям жизни было для них за пределами рассмотрения. Понятно, почему именно бихевиоризм стал мощной научной основой для теории дрессировки (хотя, посожалею в скобках, нынешние дрессировщики не особо ею владеют).

Бихевиоризм поражает воображение не меньше, чем этология. Куда девались эволюционные достижения каждого вида животных, которые заставляют их, например, добывать пищу4 определенным образом? Вот тут бы бихевиористам и сойтись с этологами – так ведь не получилось!

Что бы ни думали о теории условного рефлекса И.П.Павлова, к науке зоопсихологии она отношения вовсе не имеет. Вообще-то, и сама условно-рефлекторная дуга представляет собой модель только лишь простейших рефлексов, относящихся к спинному мозгу. Так что не надо видеть в условном рефлексе всю мощь звериной психики. У зверя в любой ситуации есть выбор – что делать или чего не делать. Поэтому главное все-таки состоит в ПРИНЯТИИ РЕШЕНИЙ. Благо, к концу двадцатого века появилась научная теория, которая описывает этот процесс.

А самое-то важное – это совершенно особые отношения зверя и человека в не-природной жизни, куда мы их, можно сказать, затащили. НИКОГДА СОБАКА ИЛИ КОШКА НЕ СТАНУТ ПРИНИМАТЬ ЧЕЛОВЕКА ЗА ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ СВОЕГО ВИДА! Разве они не видят, что мы ходим на двух ногах и живем совсем иначе, чем они сами? Разве они не знают, что мы их кормим, водим по улицам и возим в транспорте? Да мы даже заставляем их любить по нашему выбору! Значит, надо понять, как видовые основы, сформированные Матушкой-Природой, изменяются в отношениях со Всемогущим Человеком. И этим-то вопросом, самым главным для повседневной жизни, почему-то НИКТО не занимался!

Вот я и призадумалась: КАК ЖЕ СОВМЕСТИТЬ СТОЛЬ ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ ВЗГЛЯДЫ? Не могут же они не совмещаться! Ни зверя, ни человека не разнять на отдельные кусочки, так что и разные стороны жизни просто обязаны сойтись воедино.

ТАК ВОЗНИКЛО НОВОЕ НАПРАВЛЕНИЕ В НАУКЕ – МОТИВАЦИОННАЯ ЗООПСИХОЛОГИЯ.

Новый научный метод – информационное моделирование – позволил исследовать ту самую ВНУТРЕННЮЮ, скрытую от наблюдения психическую деятельность, которая до тех пор считалась непостижимой.

А как же изучается психика человека? О! У человека есть Вторая Сигнальная Система – то бишь, ЯЗЫК! А поскольку языковое мышление добросовестно отражает все то и только то, что способен вместить интеллект (это я хорошо знала по своей прямой университетской специальности), то язык может служить своего рода входом в психику!

Думаю, не надо пояснять, каким профессиональным вызовом это стало для меня! Язык собак я к тому времени уже осваивала "методом полного погружения", да еще мне попалась отличная книга Йорана Бергмана, где описывалась их мимика и звуковая речь. Она была похожа на разговорники – прежде всего, по набору чисто бытовых ситуаций.

Да, устроены звериные языки не так, как наши европейские, они по структуре ближе, например, к китайскому. Да, звуковая речь развита меньше из-за другого строения органов речи. Но структура отображаемых понятий описывалась известными мне формальными методами очень даже неплохо.

Вот так оно и пошло. Сошлось воедино все, что я изучала и делала в предыдущие сорок лет своей жизни. Оказалось, что методы искусственного интеллекта вполне способны смоделировать интеллект естественный. Так и удалось описать то, что долгое время считалось непознаваемым в принципе – скрытую от наблюдения ПСИХИЧЕСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ. Она, по словарному определению, представляет собой совокупность процессов восприятия, отображения, переработки и порождения информации. Поэтому результаты, полученные в этой области, очень пригодились и здесь.

Благодаря знаниям, приобретенным за пять лет самоподготовки, я научилась смотреть на все жизненные явления с точки зрения того, какую роль они играют в индивидуальном выживании и в эволюции вида. Главным словом, определяющим всю мою работу, стало ПРИСПОСОБЛЕНИЕ.

Вот в этом я дарвинистка, каких поискать. Я ничего не понимаю в происхождении видов, но внутривидовую эволюцию как постоянную изменчивость с тем, чтобы максимально приспособиться к реалиям жизни и выжить при любых условиях, я понимаю очень даже хорошо.

Тут-то и стало окончательно ясно, чего недостает этологии и бихевиоризму, чтобы описать жизнь домашней собаки. Это ИЗУЧЕНИЕ РОЛИ ЧЕЛОВЕКА как вида-лидера и важнейшего фактора эволюции, управляемой уже не дикой природой, а совсем иными правилами. Законы те же, а реализуются они по-другому!

С одной стороны, собака остается собакой, унаследовавшей генетическую память своих предков. Поэтому все, что говорили этологи о видосохраняющих функциях и их реализации, остается в силе. Но эта основа меняется в жизни с человеком! Это мы определяем ВСЕ условия, к которым приспосабливаются наши собаки.

Следовательно, необходимо совместить результаты этологии (добавив к ним влияние НЕ-ПРИРОДНЫХ условий реальной жизни – городской квартиры, автобуса, телевизора и много чего еще) с великолепными наработками бихевиористов, исследовавших формирование информации в мозгу по возрасту и условиям.

Позже (уже стараниями моего сына, ветврача) к этим представлениям добавилось понимание того, как информационные процессы физиологически реализуются в нервной системе. Это позволило взглянуть на психическую деятельность собаки еще с одной стороны – с точки зрения СТРЕССОВ. Это они, стрессы, во-первых, меняют поведение, делая его непредсказуемым, а во-вторых, изматывают и истощают нервные ресурсы, причиняя зверю множество реальных неприятностей.

ГЛАВНЫМ ПОСТУЛАТОМ НАШЕЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СТАЛА НЕСЛОЖНАЯ ИДЕЯ:

СОБАКА МОЖЕТ БЫТЬ, ВО-ПЕРВЫХ, ХОРОША ДЛЯ ХОЗЯИНА,
А ВО-ВТОРЫХ, БЛАГОПОЛУЧНА САМА 
ТОЛЬКО ТОГДА, КОГДА
ОНА МАКСИМАЛЬНО ПРИСПОСОБЛЕНА К РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ.

С этих позиций мы больше двадцати лет изучали общую жизнь собаки и человека. Мы отрабатывали практические способы влияния на поведение собак и кошек. Поэтому сегодня мы готовы дать Вам самое лучшее.

Просмотрите наши страницы и найдите то, что нужно ВАМ И ВАШЕМУ ЗВЕРЮ.

Наталия Дмитриевна Криволапчук. Краткая биографическая справка.

Наталия Дмитриевна Криволапчук (ДЖИНА РОЛЬФ) является специалистом по прикладной лингвистике, ее научные интересы сосредоточены в области моделирования мышления. После окончания ЛГУ она двадцать лет занималась принципами отображения информации в компьютерах. Впоследствии она получила профессиональную подготовку в области кинологии при одном из крупнейших кинологических клубов Санкт-Петербурга и занималась исследованиями в области зоопсихологии домашней собаки и межвидового общения. Н.Д.Криволапчук разработала основы нового направления - прикладной зоопс...

Подробнее >>

А Вы видали собак на вернисаже?

Есть в нашем городе замечательный художник Алексей Георгиевич Штерн. Я могла бы много говорить о его художественном даровании – я давно и прочно нахожусь во власти его Таланта. Но сейчас не об этом…

В апреле 2006 года Алексей Георгиевич открывал в галерее Ди-Ди на Васильевском острове свою выставку "Люди и звери". Наверное, многие помнят – об этом писали газеты, шли репортажи на разных телеканалах. На вернисаж были приглашены не только мы, но и наши собаки. Я хочу предложить...

Подробнее >>

День Собаки - 2012

Думаю, многие помнят, что в 2011 году темой нашего Дня Собаки были социальные проблемы и конфликты, связанные с собаками. В тот момент кипели страсти, намечалось принятие Закона в Госдуме, разыгрывалось судебное дело против садиста Верещагина. Но после того, как мы провели праздник, мы поняли, что социальные проблемы волнуют хозяев собак намного меньше, чем собственные повседневные проблемы из-за поведения собак на прогулке. Самый большой успех тогда имели наши инсценировки и предложение попробовать свои силы хотя бы в простейших упражнениях.

Поэтому темой нынешнего года стала куда более практичная и нужная всем и каждому "ПРОГУЛКА БЕЗ ПРОБЛЕМ".

Подробнее >>

Наверх

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.